in_es

Сегодня, 8 сентября, открылся сезон морских купаний для одной отдельно взятой человекоединицы... Нет, прежде я часто ранним субботним утром, когда транспорта на улицах еще мало, а жара еще не проснулась, садилась на велосипед - и к морю. Но это лето было аномально жарким. Вообще-то я с иронией отношусь к фразам типа "В этом году в Израиле аномально жаркая погода". Уж больно они мне напоминают декабрьские сообщения Российского метеобюро: "В этом году морозы начались так внезапно, так неожиданно выпал снег, городские службы оказались к этому не готовы..." - ну, и так далее.
Но в этом году я только неделю назад впервые, открыв в 7 утра окно, почувствовала, что... Ой! жаром-то не тянет, как из парилки! Пора открывать сезон!
     Проехав по Фришман к самой Бен-Иегуде, где открывается вид на море, первым делом я увидела крупных бело-серебристых птиц, нарочито медленно движущихся четким журавлиным клином. Я не смогла разобрать, летели ли они низко над морем или плыли, но автоматически стала всматриваться, не летит ли (плывет) впереди ли них Путин...Удостоверившись, что его здесь нет, спустилась к морю и поехала вдоль... Да, интернетные разговоры о летающем Путине не прошли для меня даром...
     Вдоволь покачалась в высоких нежных волнах. Заплыла я на этот раз далеко, раздумывая, что лучше: делить такое наслаждение с кем-то, или радоваться, что никто не жужжит над ухом: поворачивай к берегу, уже далеко заплыли, я так волновался/ась на берегу... Проплыв с полдороги назад, я с удивлением увидела буйки, которых раньше не заметила. Если бы я их заметила, спасатели своими выкриками не дали бы мне спокойно поплавать.И достигнуть гармонии...
    Вернувшись домой, я прилегла и наобум раскрыла книгу, которую сейчас читаю. И снова обалдела:
                                                                         Гармония
Я втискиваю машину на стоянку около больницы, а в небе летят сотни диких гусей. Летят высоко, мне не слышно их крика. И сразу же поражает очевидность того, что они знают, куда направляются. Птицы летят к северу, но их так много, что строй их протянулся далеко на восток, где цепляется за горизонт рассветное ноябрьское солнце. Вот пролетают первые — и я так тронут благородством и красой целеустремленной их стаи...
Сотни построились в клинья, а другие, которых не сосчитать, образовали куда более сложный узор. Все в движении. Ряды грациозно и гармонично колеблются вверх и вниз подобно развеваемой ветром ткани. Гуси общаются — это очевидно. Каждый каким-то образом знает, где он находится, знает свое место в этом сложном и непрестанно меняющемся узоре, каждый — частичка целого.
(Кабат-Зинн Дж. Куда бы ты ни шел — ты уже там)