Лекция Е. Галинской
Nov. 14th, 2016 08:21 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
in_esПо пятницам в Музее Диаспоры (Университет, Тель Авив) раз в месяц проходят лекции искусствоведа Елены Галинской. Я уже писала о картинах Больдини, о которых узнала на этих лекциях, и о примитивистах.
На этот раз темой лекции была художница Тамара де Лемпицка. Анонс программы на русском языке выглядел так:
Приглашаем на программу Музей и искусство, которая состоится в Бейт ха тфуцот в пятницу, 4.11.16. (Далее рассказ о трех экскурсиях по экспозициям музея, и, внимание -)
Лекция "Игра, искусство, жизнь. Тамара де Лемпицка – знаковая фигура стиля Арт-деко, героиня эпохи джаза, символ «рокочущих 20-х»
Лектор: искусствовед Елена Галинская
Организатор программы перевела свою афишу на иврит и подала, как полагается, руководству для дублирования на иврите. А за несколько дней до программы спросила, опубликован ли анонс на иврите.
- Да-да, конечно, конечно! - ответили ей. А она решила проверить, в каком виде. И оторопела. Там стояло: Утренняя пятничная программа на русском языке. Три экскурсии по музею и лекция. Ведущие программы - Елена Галински и Тамар Лемпицки.
- Что же вы пишете! Разве Тамар Лемпицки может быть ведущей?! Это лекция о ее творчестве, которую читает Галински!
- А, извините, ошиблись, переделаем. Но скажите, а что, Тамар Лемпицки никак не сможет прибыть?
На лекцию о некогда гремевших в Париже картинах Тамар де Лемпицки она сама никак не смогла прибыть, так как скончалась в 1980 году. Но поскольку давно забытые ее картины не так давно снова поднялись в цене, о ней снова стали писать и говорить. Скажу сразу: на мой взгляд, ее произведения граничат с китчем. Я не уверена, что картины Лемпицки имеют отношение к Искусству. Но, как известно, гораздо лучше, если человек преуспевает в области живописи, чем в области политики и власти, один печальный пример в истории ХХ века уже был...
Лектор представила творчество Тамары так, что весь зал как завороженный всматривался в детали полотен, следил за особенностями композиции и запоминал цвета и краски, хотя у ведущей была возможность сосредоточиться на скандальных деталях жизненного пути артистки.
Елена Галинская представила художницу знаковой фигурой живописи ХХ века. 20-е и 30-е годы были эпохой ар-деко, яркой представительницей, "иконой" которого и стала Тамара. Это было время фокстрота и чарльстона, ночных клубов и вольных нравов, хорошо отраженное в «Великом Гетсби» Скотта Фитцджеральда.
Сама жизнь Тамары похожа на дамский роман, который порой творила она же сама. Ее отец, богатый адвокат Борис Исаакович Гуревич-Гурский, исчез, когда ей было 4 года. Мать, Мальвина Деклер, происходила из богатой польской семьи. Тамара вышла замуж (1916) за блестящего аристократа Тадеуша Лемпицкого, родила дочь Кизетту, а в 1918 году вытащила арестованного мужа из лап НКВД и очутилась в Париже без средств к существованию.
Привычка к роскоши, угроза голода (драгоценности оказались проданными довольно быстро) и природный темперамент подвигли ее к поискам этих средств (муж после пыток и приговора к расстрелу долгие годы лежал в прострации и пил). Никогда не занимавшаяся профессионально живописью Тамара отправилась учиться к Морису Дени и Андре Лоту, стала посещать художественные кружки и музеи, и за относительно короткий срок не просто выработала свой стиль письма, но и превратилась в модную богатую портретистку, эффектную даму, постоянного персонажа светских хроник.
Незавершенный мужчина (Тадеуш де Лемпицки), 1928. Портрет написан в процессе развода. Мужчина держит в руке цилиндр: он собирается уходить. В одной перчатке (другую он ей бросил?). Фигура мощная, полная силы, а взгляд нетипичен для ее картин: в нем есть жизнь, есть мысль, есть чувство.
"Девушка в перчатках", 1927.
Портрет Великого князя Гавриила Константиновича.
Мадемуазель де ла Салль, 1925
Для своих портретов она сознательно выбирала богатых моделей ("Хочешь быть богатой - пиши богатых") и умела их завлечь - улыбкой, остроумием, тонкой лестью. В ее круг знакомств входили принц Орлеанский и барон Кисслинг, футурист Маринетти и Коко Шанель, князь Юсупов и великий князь Гавриил Константинович, художественная элита Франции. Заказать у нее портрет считалось высшим шиком, к ней выстраивались очереди желающих быть запечатленными ею. Она работала по 10-12 часов в сутки.
Портрет доктора Букара (Бушара), 1928. Музыкантша, 1929.
Портреты дочери Кизетты, которую воспитывала бабушка. Кукольное, неживое лицо. Уже в этом гламурном изображении ребенка проступают черты железного, индустриального века.
Тамара де Лемпицка создала собственный стиль декоративной живописи, идеально отражавший эстетику эпохи. В ее работах соединились черты кубизма, неоклассицизма и специфической реалистической манеры. Изысканные, несколько плакатные ее портреты сродни современным фотографиям из светской хроники. Они и выполняли ту же функцию, что и зарождавшийся тогда глянец, — изображали успешных и богатых людей: идеально прекрасных женщин, неуловимо похожих одна на другую, и мужчин — всех как на подбор с трагической печатью на челе. Узнаваемость ее манеры порой граничит с однообразием. Зато именно ей, как никому другому, удалось воплотить в живопись стиль «рокочущих 20-х».
«Что вы всегда увидите в ее работах? Свет Караваджо, формы Фернана Леже и губную помаду Шанель» © Жан Кокто.
Одна из главных работ Лемпицкой - "Автопортрет в зеленом Бугатти", заказанный для обложки модного немецкого журнала Die Dame, который сделал Тамару символом женского освобождения. Лемпицка изобразила себя за рулем зеленого Бугатти, хотя у художницы никогда не было Бугатти, только небольшое желтое Рено. Чем-то она напоминает героиню романа Алексея Толстого «Аэлита». Женщина из будущего - белокурый локон, выбившийся из-под облегающего шлема, длинные водительские кожаные перчатки. В автопортрете художницы есть страсть и сексуальность, видно, что она, добиваясь победы, ни перед чем не остановится (http://www.art-spb.ru/goods/2495).
Адам и Ева (моделью послужил встреченный Тамарой на улице полицейский; критикам картина понравилась, а руководству полиции - нет).
Портрет танцовщицы Наны де Эрреры. Его заказал у Тамары барон Рауль Куффнер. После завершения портрета Тамара заняла ее место рядом с бароном. Куффнер был поклонником таланта Лемпицкой. В его замке в Венгрии хищные картины Тамары соседствовали с работами Дюрера и английских пейзажистов 17-го века. Куффнеры до Первой Мировой войны были самыми крупными землевладельцами в Австро-Венгрии и главными поставщиками мяса и пива для императорского стола. Рауль "хотел иметь самый лучший товар, какой был на рынке: немного, только один наилучший экземпляр каждого вида". У него уже были картины, он хотел жениться на художнице. "Только не надо меня просить, у меня нет времени на замужество - сначала реагировала Тамара на предложение Куффнера. - Я рисую, я на пике успеха". Однако, барон привлекал ее манерами, знанием искусства и состоянием бумажника. В 1934 году они поженились. "Мой первый муж был очень красив. У второго был характер" - подытожит Тамара свои браки. (http://bellezza-storia.livejournal.com/31044.html)
Спящая женщина
Перспектива, 1923
Зеленый тюрбан, 1930
Группа из четырех обнаженных.
Хищный напор, брутальность, чувственность без налета стыдливости, поданная фронтально, весомо, грубо, зримо, плакатно - вот что видим на ее полотнах. На портретах обезличивание, портреты такие, как будто это изображение мишеней. Мишень военной индустрии и политических амбиций, мишень торговой индустрии, мишень сексуальной индустрии, мишень оболванивания пропагандой. Купи, наслаждайся, убивай, подчиняй - вот что вопит для меня с ее картин.
Андромеда. 1929 По секрету.
Прекрасная Рафаэла, 1927
Перед второй мировой войной Тамара с семьей успела эмигрировать в Америку, где пыталась продолжать свою карьеру, но прежнего успеха не добилась. Она пыталась рисовать в стиле абстракционизма, перешла к жанру натюрморта.
Морская раковина, 1941
Натюрморт с каллами и зеркалом, 1938
Жизненный путь Тамары де Лемпицкой окончился внешне благополучно, хотя в Америке блистать как в молодости ей не удалось. Художница умерла 18 марта 1980 года во сне, и прах ее дочь Кизетта развеяла над вулканом Попокатепетль.
На этот раз темой лекции была художница Тамара де Лемпицка. Анонс программы на русском языке выглядел так:
Приглашаем на программу Музей и искусство, которая состоится в Бейт ха тфуцот в пятницу, 4.11.16. (Далее рассказ о трех экскурсиях по экспозициям музея, и, внимание -)
Лекция "Игра, искусство, жизнь. Тамара де Лемпицка – знаковая фигура стиля Арт-деко, героиня эпохи джаза, символ «рокочущих 20-х»
Лектор: искусствовед Елена Галинская
Организатор программы перевела свою афишу на иврит и подала, как полагается, руководству для дублирования на иврите. А за несколько дней до программы спросила, опубликован ли анонс на иврите.
- Да-да, конечно, конечно! - ответили ей. А она решила проверить, в каком виде. И оторопела. Там стояло: Утренняя пятничная программа на русском языке. Три экскурсии по музею и лекция. Ведущие программы - Елена Галински и Тамар Лемпицки.
- Что же вы пишете! Разве Тамар Лемпицки может быть ведущей?! Это лекция о ее творчестве, которую читает Галински!
- А, извините, ошиблись, переделаем. Но скажите, а что, Тамар Лемпицки никак не сможет прибыть?
На лекцию о некогда гремевших в Париже картинах Тамар де Лемпицки она сама никак не смогла прибыть, так как скончалась в 1980 году. Но поскольку давно забытые ее картины не так давно снова поднялись в цене, о ней снова стали писать и говорить. Скажу сразу: на мой взгляд, ее произведения граничат с китчем. Я не уверена, что картины Лемпицки имеют отношение к Искусству. Но, как известно, гораздо лучше, если человек преуспевает в области живописи, чем в области политики и власти, один печальный пример в истории ХХ века уже был...
Лектор представила творчество Тамары так, что весь зал как завороженный всматривался в детали полотен, следил за особенностями композиции и запоминал цвета и краски, хотя у ведущей была возможность сосредоточиться на скандальных деталях жизненного пути артистки.
Елена Галинская представила художницу знаковой фигурой живописи ХХ века. 20-е и 30-е годы были эпохой ар-деко, яркой представительницей, "иконой" которого и стала Тамара. Это было время фокстрота и чарльстона, ночных клубов и вольных нравов, хорошо отраженное в «Великом Гетсби» Скотта Фитцджеральда.
Сама жизнь Тамары похожа на дамский роман, который порой творила она же сама. Ее отец, богатый адвокат Борис Исаакович Гуревич-Гурский, исчез, когда ей было 4 года. Мать, Мальвина Деклер, происходила из богатой польской семьи. Тамара вышла замуж (1916) за блестящего аристократа Тадеуша Лемпицкого, родила дочь Кизетту, а в 1918 году вытащила арестованного мужа из лап НКВД и очутилась в Париже без средств к существованию.
Привычка к роскоши, угроза голода (драгоценности оказались проданными довольно быстро) и природный темперамент подвигли ее к поискам этих средств (муж после пыток и приговора к расстрелу долгие годы лежал в прострации и пил). Никогда не занимавшаяся профессионально живописью Тамара отправилась учиться к Морису Дени и Андре Лоту, стала посещать художественные кружки и музеи, и за относительно короткий срок не просто выработала свой стиль письма, но и превратилась в модную богатую портретистку, эффектную даму, постоянного персонажа светских хроник.
Незавершенный мужчина (Тадеуш де Лемпицки), 1928. Портрет написан в процессе развода. Мужчина держит в руке цилиндр: он собирается уходить. В одной перчатке (другую он ей бросил?). Фигура мощная, полная силы, а взгляд нетипичен для ее картин: в нем есть жизнь, есть мысль, есть чувство.
"Девушка в перчатках", 1927.
Портрет Великого князя Гавриила Константиновича.
Мадемуазель де ла Салль, 1925
Для своих портретов она сознательно выбирала богатых моделей ("Хочешь быть богатой - пиши богатых") и умела их завлечь - улыбкой, остроумием, тонкой лестью. В ее круг знакомств входили принц Орлеанский и барон Кисслинг, футурист Маринетти и Коко Шанель, князь Юсупов и великий князь Гавриил Константинович, художественная элита Франции. Заказать у нее портрет считалось высшим шиком, к ней выстраивались очереди желающих быть запечатленными ею. Она работала по 10-12 часов в сутки.
Портрет доктора Букара (Бушара), 1928. Музыкантша, 1929.
Портреты дочери Кизетты, которую воспитывала бабушка. Кукольное, неживое лицо. Уже в этом гламурном изображении ребенка проступают черты железного, индустриального века.
Тамара де Лемпицка создала собственный стиль декоративной живописи, идеально отражавший эстетику эпохи. В ее работах соединились черты кубизма, неоклассицизма и специфической реалистической манеры. Изысканные, несколько плакатные ее портреты сродни современным фотографиям из светской хроники. Они и выполняли ту же функцию, что и зарождавшийся тогда глянец, — изображали успешных и богатых людей: идеально прекрасных женщин, неуловимо похожих одна на другую, и мужчин — всех как на подбор с трагической печатью на челе. Узнаваемость ее манеры порой граничит с однообразием. Зато именно ей, как никому другому, удалось воплотить в живопись стиль «рокочущих 20-х».
«Что вы всегда увидите в ее работах? Свет Караваджо, формы Фернана Леже и губную помаду Шанель» © Жан Кокто.
Одна из главных работ Лемпицкой - "Автопортрет в зеленом Бугатти", заказанный для обложки модного немецкого журнала Die Dame, который сделал Тамару символом женского освобождения. Лемпицка изобразила себя за рулем зеленого Бугатти, хотя у художницы никогда не было Бугатти, только небольшое желтое Рено. Чем-то она напоминает героиню романа Алексея Толстого «Аэлита». Женщина из будущего - белокурый локон, выбившийся из-под облегающего шлема, длинные водительские кожаные перчатки. В автопортрете художницы есть страсть и сексуальность, видно, что она, добиваясь победы, ни перед чем не остановится (http://www.art-spb.ru/goods/2495). Адам и Ева (моделью послужил встреченный Тамарой на улице полицейский; критикам картина понравилась, а руководству полиции - нет).
Портрет танцовщицы Наны де Эрреры. Его заказал у Тамары барон Рауль Куффнер. После завершения портрета Тамара заняла ее место рядом с бароном. Куффнер был поклонником таланта Лемпицкой. В его замке в Венгрии хищные картины Тамары соседствовали с работами Дюрера и английских пейзажистов 17-го века. Куффнеры до Первой Мировой войны были самыми крупными землевладельцами в Австро-Венгрии и главными поставщиками мяса и пива для императорского стола. Рауль "хотел иметь самый лучший товар, какой был на рынке: немного, только один наилучший экземпляр каждого вида". У него уже были картины, он хотел жениться на художнице. "Только не надо меня просить, у меня нет времени на замужество - сначала реагировала Тамара на предложение Куффнера. - Я рисую, я на пике успеха". Однако, барон привлекал ее манерами, знанием искусства и состоянием бумажника. В 1934 году они поженились. "Мой первый муж был очень красив. У второго был характер" - подытожит Тамара свои браки. (http://bellezza-storia.livejournal.com/31044.html)
Спящая женщина
Перспектива, 1923
Зеленый тюрбан, 1930
Группа из четырех обнаженных.
Хищный напор, брутальность, чувственность без налета стыдливости, поданная фронтально, весомо, грубо, зримо, плакатно - вот что видим на ее полотнах. На портретах обезличивание, портреты такие, как будто это изображение мишеней. Мишень военной индустрии и политических амбиций, мишень торговой индустрии, мишень сексуальной индустрии, мишень оболванивания пропагандой. Купи, наслаждайся, убивай, подчиняй - вот что вопит для меня с ее картин.
Андромеда. 1929 По секрету.
Прекрасная Рафаэла, 1927
Перед второй мировой войной Тамара с семьей успела эмигрировать в Америку, где пыталась продолжать свою карьеру, но прежнего успеха не добилась. Она пыталась рисовать в стиле абстракционизма, перешла к жанру натюрморта.
Морская раковина, 1941Натюрморт с каллами и зеркалом, 1938
Жизненный путь Тамары де Лемпицкой окончился внешне благополучно, хотя в Америке блистать как в молодости ей не удалось. Художница умерла 18 марта 1980 года во сне, и прах ее дочь Кизетта развеяла над вулканом Попокатепетль.
